Попкорн как культурный код: традиции разных народов вокруг одного зерна

Попкорн кажется одним из самых «нейтральных» продуктов на свете — просто зерно, лопнувшее от жара. Но именно поэтому оно оказалось идеальным холстом для культуры: почти каждый народ, знакомый с кукурузой, придумал для неё свой ритуал. Где-то попкорн — часть многочасовой церемонии гостеприимства, где-to — праздничное подношение богам, где-то — талисман на удачу под грохот самодельной «пушки». Собрали самые яркие традиции со всего мира.

Самый известный пример — Эфиопия, родина кофе. Здесь кофейная церемония буна (Buna Maflat) — это не быстрый эспрессо на бегу, а ритуал длиной в час-два: хозяйка при гостях моет и обжаривает зелёные зёрна на открытом огне, толчёт их в деревянной ступке мукеча и заваривает в глиняном сосуде джебена. Пока идёт заваривание, гостям подают попкорн — иногда с щепоткой сахара или соли, иногда вместе с жареным ячменём (коло) или традиционным хлебом дабо.

Кофе подаётся в три раунда — абол, тона и барака, — и уйти до третьей чашки считается неуважением к хозяевам. Попкорн в этом ритуале не случайная закуска: считается, что он символизирует изобилие, а сам звук лопающихся зёрен приносит собравшимся благополучную энергию. Церемония — это ещё и площадка для важных разговоров: именно за неспешным кофе с попкорном в эфиопских семьях и общинах принято обсуждать новости, мирить поссорившихся соседей и передавать традиции детям. Обычай настолько прочно вошёл в идентичность, что эфиопские диаспоры в США и Европе воспроизводят его в кафе для новых поколений и как способ познакомить с культурой окружающих.

Задолго до появления кинотеатров попкорн уже был священной пищей. Ацтеки называли его момочитль и использовали не только в пищу, но и в ритуальных целях: франсисканский монах Бернардино де Саагун в XVI веке описывал «попкорновый танец», который исполняли молодые девушки с гирляндами из попкорна на голове — подношение божествам воды и плодородия, включая Тлалока. Попкорном украшали статуи богов, ритуальные головные уборы и ожерелья, а на ацтекских погребальных урнах встречается изображение бога кукурузы в попкорновом уборе.

У инков в Андах попкорн (piscancalla) использовался при погребальных обрядах — им украшали тела умерших. А рыбакам, отправлявшимся в море, попкорн рассыпали вокруг лодок на удачу — считалось, что лопнувшие белые зёрна похожи на цветы. У ирокезов в районе Великих озёр попкорн варили в глиняных сосудах и готовили из него суп; по легенде, брат вождя Массасойта принёс бушель попкорна на угощение колонистам после первого Дня благодарения.

В Андах жива ещё одна, менее известная традиция — канча (чульпи в Эквадоре): крупнозёрная кукуруза, которую поджаривают на масле или животном жире (традиционно — ламьем или альпачьем) до хрустящей корочки, но она не раздувается пышным цветком, как обычный попкорн, а лишь слегка вспучивается и трескается. Этот снек — прямой потомок кукурузы, которую готовили ещё во времена империи инков: её брали с собой гонцы-часки, бегавшие по имперской дороге Капак-Ньян, и использовали в общинных трапезах. Сегодня канча — обязательное дополнение к перуанскому севиче и закуска к писко сауэр практически в любом ресторане страны.

В Китае попкорн (爆米花, бао ми хуа — буквально «взрывающийся рисовый цветок») традиционно готовили не на плите, а с помощью барабана-«пушки»: чугунный герметичный котелок на ручном приводе нагревали над углями, а затем резко открывали клапан прямо в мешок — раздавался оглушительный хлопок, и облако горячего попкорна разлеталось во все стороны. Для нескольких поколений китайцев этот звук на улице был настоящим общественным событием, собиравшим сбежавшихся на грохот детей со всей округи.

Обычай готовить и есть попкорн связан и с определённой датой в китайском календаре — вторым днём второго лунного месяца, праздником «Дракон поднимает голову» (Лунтайтоу). По легенде, обжаренные золотистые зёрна кукурузы напоминали «золотые бобы», которые, по преданию, помогли освободить дракона дождя, и поэтому употребление попкорна в этот день считается добрым знаком. На китайский Новый год цветной попкорн иногда используют как символ изобилия и процветания.

В США попкорн стал не едой богов, а домашним украшением. Считается, что первая задокументированная рождественская ёлка, украшенная гирляндами из попкорна, орехов и бумажных игрушек, стояла в Уильямсберге, штат Виргиния, в 1842 году. Традиция быстро прижилась: попкорн был дешёвым и доступным в колониальной Америке, а нанизанные на нитку зёрна (иногда — вперемешку с клюквой для контраста цвета) стали одним из первых по-настоящему «домашних» и бюджетных украшений на ёлку — обычай, который жив до сих пор, особенно в семьях, где любят делать украшения своими руками.

Отдельная и, пожалуй, самая живая сегодня традиция — то, как разные страны переизобрели попкорн именно как атрибут похода в кино.

При всём разнообразии — от эфиопского буна до китайской попкорновой «пушки» — попкорн почти везде выполняет одну и ту же социальную функцию: он не самостоятельное блюдо, а повод собраться. Его едят не в одиночку и не спеша — под разговор, ритуал, ожидание фильма или праздника. Возможно, именно в этом и кроется секрет того, почему простое лопнувшее зерно кукурузы смогло стать частью культурного кода стольких непохожих друг на друга народов.